(2/2) Если говорить не о деталях и биографии, а о личных впечатлениях: для меня «Эстеты» — лучший альбом тёмных двадцатых (простите), сочиненный местным условно Большим Артистом. Во-первых, чисто пристрастно: все особенности и похожести, которые я на этом…
ПоПостмузыка
КатегорияMusicЯзыкRUДобавлен06 июл. 2026 г.КачествоПроверен
Подписчики930
Сред. просмотры414
ERR44.5%
Цена-- RUB
Цена / подписчик--
Цена / просмотр--
Метрики обновлены: 07 июл. 2026 г.
Последние посты
(2/2) Если говорить не о деталях и биографии, а о личных впечатлениях: для меня «Эстеты» — лучший альбом тёмных двадцатых (простите), сочиненный местным условно Большим Артистом. Во-первых, чисто пристрастно: все особенности и похожести, которые я на этом альбоме расслышал и перечислил — они про мою любимую, в общем-то, расхожую музыку (типа, свонс и радиохэд любить: ну да, ну да, парень, но как социальный клей в культурных дискуссиях — это группы для меня определяющие, от которых точно не грех оттолкнуться), про физиологическую способность раскачиваться, грувить в такт. «Курара» в своей музыке наработала узнаваемую коллажность, где может отыскаться и бэгги, и регги, и мечтательные синтовые пресеты (композиция «Юность» — наверное, вообще идеальный способ смириться с современной поэзией под музыку: ибо и стихи хорошие, и подложка к месту). Во-вторых, это альбом на уровне именно рефлекторном: герой Ягодина (точнее, он сам, если верить, что везде он от себя и про себя) зудящей интонацией теперь срезонировал со всеобщим существованием на стиснутых: орать низя, себе дороже, да и голос давно простужен, прокурен, охрип со времен, когда спорить ещё можно было, и прежде всего о какой-то ерунде — вроде вопроса, считается ли Пермь Уралом. Обсуждения о ерунде в принципе плохо старятся: вот я считал всегда, что «Курара» — группа так себе, ерунда: люди лабают какую-то музыку, мужчинка читает стихи о том, что он мужчинка. А потом бац — и то же самое сработало в плюс. Терпение и труд (и truth) всё перетрут, вот о чём нам история группы назойливо шепчет. А своей вчерашней собеседнице скажу на прощанье: если вдруг (ну, вдруг) ты читаешь этот пост, открой каким-нибудь тухлым вечером окошко, послушай вот эту песню — и пусть смысл жизни никогда тебя не покидает. Теперь-то точно попрощался.
«Курара» — «Эстеты» (2025) Как всегда, вещаю здесь весьма прерывисто — ко всем привычным причинам, по которым с трудом работает голова, а интерес болтать про музыку редок, добавилась ещё и жара. Но это временно, конечно; скоро, говорят, опять дожди, ветра и прочие мягкие напоминания о неизбежности осени и ненастья. Прямо сейчас хочется доболтать про «Курару», чтобы дальше не мучить читателя и не заставлять его думать «да опять он со своим гиперфиксом» — самого-то тоже подобное положение напрягает, а вчера ещё и кухонный разговор вывел на картографическую мини-дискуссию, считать ли Пермь Уралом или нет. Зато Екб, кураровская родина — это Урал по-любому, но по существу сказать мне оказалось собеседнице нечего: мол, запал тут на крутую олдовую группу, нормальный инди-рок, последний альбом — вышак; включи, как станет скучно: тут языком нашей молодости нам дарят опору в настоящем. Раз уж не сказал это вслух вчера, давайте скажу хотя бы здесь. Год назад я уже отвечал на вопрос про лучшего, на мой вкус, фронтмена РФ; судя по реакции, ответ никого не убил, скорее растрогал. В той оде Олегу Ягодину и его бэнду, к сожалению, не нашлось места спичу, что во всех аспектах группа крута: спокенворд с человеческим лицом, локальная идентичность как вечная тема для сюжетов, сексапильный интеллигент (хоть и не без мужланства в текстах, но стерпеть можно; ladies' man — образ скорее опасный, чем удобный, не повторяйте в домашних условиях) — вот только давно не случалось у «Курары» альбома, который можно слушать прям весь, почти не перематывая. С тех пор произошло неожиданное: такой альбом вышел. « Эстеты » тихой сапой появились в декабре и сперва отпугнули обложкой (простите, что включаю критика, но реально: со времен «Шикарной жизни» — или, ладно, хорошо, «Архимеда» в 2014-м — налицо какой-то тупик визуальных решений): «Пуля» — «Горгород», положенный набок, чтобы на пулю было похоже. «Кафка» и «Брут» — кран в ванной и кровь на асфальте. «ПП» был в тему, но то была обложка-хроника совсем уж мрачных дней, каким-то образом умудряющихся хранить пугающую монолитность. А тут — не знаю, как и понимать; какие смыслы предлагают отыскать нам в этом несчастном нечто, которое когда-то было птицей? Но, слава богу, есть музыка. Её на «Эстетах» в достатке, в избытке, очень много. Есть джемы шортпарижевские («Будда»). Есть джемы радиохедовские (заглавная). Есть песня («Мразь»), в которой Ягодин сначала включает режим жиголо, сам же рушит свою пикап-конструкцию произнесением вынесенного в заголовок слова — а дальше мелодическая тема мутирует, и режим жиголо сменяет режим Майкла Джиры: какая-то перечислительная полумолитва на английском с отвязным грувом, почти как в ключевые опорно-двигательные моменты альбома To Be Kind. Есть песня предпоследняя («Муравьи»), текст которой, как и обложку, кривовато заблюрили, но это скорее открывает, чем закрашивает, болезненную суть: как минимум на уровне фантомов нездоровые привычки продолжают занимать творца. Финальная вещь отсылает к упомянутому уже альбому (и песне) «Пуля»: там ночной клуб тоже нарекался синонимом инферно, плохой кавер-версией того доброго и прекрасного, что в лучшие моменты хочется называть красивой жизнью. И да, интонация тоже знакомая, откуда-то из воздуха позаимствованная: «безобрааазная звездааа» в припеве Ягодин тянет совсем как Бутусов; оба в какой-то момент жизни утомились, но «Курара» странным образом еще держится, хотя там кому уже за пятьдесят, а кому почти. Да и концертов на родине не предвидится; у Олега хотя бы театральная сцена есть, впрочем и тут не без нюансов: теперь давит пиджак худрука. Надеемся, не задушит.
В самый длинный день года настигла одна из самых хороших за этот самый год музыкальных новостей: в конце августа выходит официальный лайв-альбом группы Pulp — причём первый в истории ансамбля, охватывающий его праймовую эру. До комичного странно, конечно: эти господа и дамы настолько любят жизнь , что назвали одну из своих студийных пластинок так , а живого альбома не было. Теперь появится — и, думаю, это хорошее дело, нужное; мне тоже, конечно, всегда казалось, что Джарвис Кокер так и останется вечно где-то рядом с нами на одной планете кривляться, петь и веселиться, но человечья жизнь — вечеринка не вечная, пора уже как-то на память происходящее фиксировать. Меня эта новость, честно скажем, радует больше, чем годичной давности студийный альбом-возвращение : живьём Джарво всё ещё отжигает, не подавая признаков старика у микрофона, а любимая песня из новых (Slow Jam) на лайв-релизе тоже будет. Старые тоже не грех послушать, пусть Disco 2000 тысячу раз уже и слышана. В конце концов, говорю же, дискотека не вечная. Ждём.
В наушниках по проезжей ездить бы не советовал. В остальном — идеальная деньрожденческая песня, приятный деньрожденческий клип. Тебе всё равно, ты едешь дальше Оставляя сзади, возможно, другую судьбу Я не могу, меня от этой мысли так таращит Я не могу Сегодня мне исполнилось 34; возраст пока не жмёт, и даже появляется некоторое удовольствие вслух жонглировать цифрами. Ни молод, ни стар; ни беспечен, ни слишком уж тяжко обременен; болезни роста перестают быть трагедией, а до конечной станции ещё неизвестно сколько. И неизвестность эта бодрит. А про «Курару», надеюсь, ещё отдельно покумекаем, потолкуем, в согласии с вечным уделом критикана: в любви признаться можешь не суметь, но пояснить за любовь — обязан.