speculative_fiction @speculativefiction

Июньские книжные приобретения. В июля будет меньше, очевидно.

9204 июл.

Какой же пипец нынешний "пятничный список"... В печали. Ладно, переживём. Надеюсь.

1.2K3 июл.

Практически в каждой читающей российской семье есть книги, выпущенные издательством «Азбука», но мало кто знает, что за созданием и организацией работы этого издательства стоял Максим Крютченко — личность для независимого отечественного книгоиздания последних без малого сорока лет легендарная. О его жизненном пути рассказывается в материале Анны Амасовой, дополненном воспоминаниями Вадима Назарова и Василия Владимирского. «Купил огромный букет, вышел на Невский проспект — и вручал одну розу каждой проходящей мимо плюс-минус ровеснице…» https://gorky.media/context/samyi-zhivoi-chelovek

1.2K3 июл.

Аня Амасова , писательница, издательница и некоторое время пиар-менджер «Азбуки», написала для «Горького» большую статью о Максиме Крютченко – я там тоже дал коротенький комментарий. Наверное, получилось суховато, но я Максима знал в основном как начальника, Аня больше знает о картине в целом. Я проработал в «Азбуке» Максима Крютченко около шести лет в середине нулевых. Наверное, лучшие годы для нашей книжной индустрии. Работа мечты: нищенский оклад (ни в одном российском издательстве в ту пору не платили сотрудникам так мало) компенсировался частыми командировками, а главное — относительной свободой рук. Едва ли такие книги, как «Шествие динозавров» Евгения Филенко, «Кормчая книга» Геннадия Прашкевича или «Ветер и смерть» Алана Кубатиева имели бы в те годы шансы выйти в другой крупной редакции, специализирующейся на фантастике, — но Максим всегда готов был поддержать здоровый эксперимент. Как и другие выходцы из петербургского «Северо-Запада» (Вадим Назаров, Александр Кононов и т. д.), Крютченко-издатель оставался верен кредо: главное — открыть звезду. А если открыть не получается, слепить из подручных материалов. Еще в 1990-х «Азбука» нашла Марию Семенову и Макса Фрая. В нулевых — дала старт литературной карьере Алексея Иванова и Шамиля Идиатуллина: оба дебютировали в других издательствах, но репутацию приобрели как авторы «Азбуки». Когда востоковед Игорь Алимов, Ольга Трофимова из «Петербургского Востоковедения» и фантаст Вячеслав Рыбаков придумали «великого еврокитайского гуманиста Хольма ван Зайчика», они, не задумываясь, пошли к Крютченко — потому что знали его азартность, его чуткость к остроумной литературной игре, его рисковую натуру. Хотя далеко не все проекты Крютченко, что называется, взлетали, но, когда на издательской летучке Максим с горящими глазами рассказывал об очередной потрясающей книге, готовящейся к печати, трудно было не заразиться его энтузиазмом. Фактический уход Максима Крютченко из бизнеса после неудачного эксперимента с «Лениздатом» стал большой потерей для книжного Петербурга. Без него пространство эксперимента, пространство свободы заметно сузилось. И все же оставалась смутная надежда: может, еще изыщет ресурсы, еще вернется, соберет новую команду и даст всем прикурить — в конце концов, какие его годы! Теперь этого уже не случится. Очень жаль. Целиком тут: https://gorky.media/context/samyi-zhivoi-chelovek

1.4K3 июл.

Владимир Иванович Борисов между тем собрал очередной выпуск «Фант-Хабара», а я чуть не пропустил. Думаю, может быть, именно благодаря упорству БВИ (заслуживающему лучшего применяя) наши реплики, брошенные между делом, сохранятся для историков. Вряд ли какой-нибудь живой исследователь в здравом уме и твердой памяти будет копаться в веб-архивах. А вот в подборках вебзинов – может быть. https://t.me/bratrazum/2453

1.2K3 июл.