Несостоявшийся индийско-американский союз В 1781 году флот США, ведущих борьбу за независимость, пополнился кораблём со странным названием «Хайдер Али». Впрочем, здесь нет ничего удивительного: офицеры Континентальной армии часто поднимали тосты за союзника, который борется против британской тирании на другом конце света, а в газетах появлялись запоздалые (и весьма искажённые слухи) об успехах майсурского правителя. В декабре 1782 года делегаты Континентального конгресса праздновали падение Мадраса, крупнейшей британской твердыни в Южной Индии — позднее слухи не подтвердились. Хайдер Али вёл очень успешную, но совершенно безнадёжную войну против Ост-Индской копании. Успешную — так как он модернизировал армию, начал строительство флота и неоднократно побеждал англичан и их союзников в прямых столкновениях. Безнадёжную — так как к моменту прихода Хайдара Али к власти англичане уже были доминирующей силой в Южной Азии, а он сам даже в Майсуре властвовал на птичьих правах, будучи мусульманским авантюристом, свергнувшим древнюю индусскую династию в регионе с подавляющим индусским большинством. И Хайдар Али, и его сын Типу Султан лихорадочно искали союзников, посылая эмиссаров в Константинополь и в Париж — причём и к Людовику XVI, и к революционерам. В американских газетах военной поры сгоряча высказывались предложения об отправке флота на помощь Майсуру, но естественно из этого ничего не вышло.
ПрПробковый шлем
CategoryOtherLanguageRUFirst seenJul 06, 2026QualityVerified
Subscribers1.3K
Avg views7.3K
ERR553.9%
Price-- RUB
Price / subscriber--
Price / view--
Metrics updated: Jul 07, 2026
Recent posts
Лично я не знаю, какой вариант интереснее, но вариант №3 явно самый реалистичный. Ранняя советская власть вполне могла бы раскачаться на создание цыганской автономной области (ЦАО) где-нибудь между Омском и Новосибирском. И если бы ЦАО пережила конец 1930-ых гг., то дальше никто бы её уже не упразднил и существовала бы она до сегодняшнего дня. Да, цыган там было бы очень мало, но зато вся инфраструктура была бы на месте — газета «Прэ Ленинэско Дром » («По ленинскому пути») ежемесячный литературный журнал «Амаро Дживипэн» («Наша жизнь») и педагогический техникум, в 1950-ые гг. преобразованный в пединститут, а в 1990-ые — в университет. В середине пятидесятых сюда бы заехал в ходе визита в СССР Джавахарлал Неру — и под это дело в вузе была бы открыта кафедра новоиндийских языков. На заре перестройки в журнале «Амаро Дживипэн» началась бы дискуссия о переходе с кириллицы на деванагари, но тема бы вскоре заглохла. Периодически возникала бы путаница между Цыганской автономной областью и Центральным административным округом в Москве, шутки на эту тему обросли бы бородой ещё во времена башорга. А админ наверняка ездил бы в ЦГУ на какие-нибудь индологические конференции.
Коронация Януша Квека. 1937 год, Варшава
Когда-то я рассказывал о том, что некоторые индийские политические деятели в последние десятилетия стали рассматривать цыган как часть индийской диаспоры — и даже периодически пытаются проповедовать в цыганских общинах индуизм. Было движение и с другой стороны: на рубеже XIX-XX вв. среди образованных европейских цыган начали распространяться идеи о «прародине на берегах Ганга». В 1930-ые гг. некий Михал Квек, предприниматель из Польши, провозгласивший себя «цыганским королём» даже съездил в Индию, чтобы присмотреть место для Романистана — будущего цыганского государства в Южной Азии. Король Михал (на коронации сам Пилсудский присутствовал) явно вдохновлялся сионистским проектом, но ничего серьёзного у него не вышло. Януш Квек, близкий родственник Михала, решил оспорить титул и в 1937 году при большом стечении народа короновался в Варшаве. На мероприятие были приглашены все европейские монархи, но никто почему-то не приехал. Король Януш тоже был озабочен приобретением земли под цыганское государство и даже обратился к Муссолини с просьбой уступить кусок Итальянской Восточной Африки. Ответа из Рима так и не поступило. Зато в это же время в советской печати стал обсуждаться проект по созданию Цыганской автономной области — по аналогии с еврейской автономией в Биробиджане. Поступали соотвествующие обращения от цыган-коммунистов, организаторов цыганских колхозов и даже от целых таборов. Была даже создана комиссия при ВЦИК для оценки перспектив тех или иных территорий — обширные площади был готов предоставить Остяко-Вогульский национальный округ. Но и в СССР 1930-ых гг. дальше планов ничего не пошло.
Между тем, перевод книги «Свобода приходит в полночь», где я за научного редактора, вошёл в лонг-лист соответствующей номинации премии «Просветитель». Очень приятно, будем ждать короткого списка в сентябре. Напоминаю, что сама книга вот-вот появится в бумажном варианте.